У атомных реакторов – огромное будущее

У атомных реакторов – огромное будущее

Во всем мире наращиваются объемы строительства АЭС. Атомная энергия, как известно, самая экологически чистая. И при этом она требует высочайших мер безопасности, что доказали и Чернобыль, и Фукусима. О том, какими именно должны быть эти меры, Андрею Резниченко рассказал директор Института проблем безопасного развития атомной энергетики РАН (ИБРАЭ), профессор Леонид Большов.

— Леонид Александрович, возглавляемый вами институт является одним из самых крупных в мире научных центров по исследованию проблем безопасности атомных объектов. ИБРАЭ активно комментировал ситуацию вокруг АЭС «Фукусима», и практически все прогнозы ученых института сбылись. Какова сейчас ситуация вокруг аварийной японской АЭС?

— Сегодня, спустя почти год после аварии, можно с уверенностью сказать, что радиологические последствия аварии на АЭС «Фукусима-1″ весьма ограниченны. И для Японии, и для мира в целом. Да, персонал станции получил дозы, но в пределах аварийных нормативов. И все те страшилки, которыми пугали людей псевдоэкологи — по поводу радиоактивных элементов в пище, по поводу чудовищного загрязнения океана, — все это оказалось, мягко говоря, ерундой. Да, авария, к сожалению, случилась, но катастрофой она не стала. Станция потеряна, ее будут консервировать, но последствия для людей — минимальны. Аварии случаются в любой индустрии, нет идеальных отраслей, нет нулевых рисков. В отличие от других направлений энергетики к атомной привлечено максимум внимания и населения, и СМИ. Мы в ИБРАЭ считаем, что соблюдение необходимых требований безопасности позволит эксплуатировать энергию «мирного атома» столько, сколько в итоге потребуется человечеству.

— Но требования безопасности имеют свою цену, не станет ли она слишком высокой для АЭС?

— Конечно, слишком высокая цена безопасности в конечном итоге сделает атомную энергетику нерентабельной, но нам нужно понять, что безопасность АЭС является настоящим императивом, не допускающим рассуждений на тему «чуть больше безопасности или чуть меньше». Безопасность АЭС должна соответствовать строгим нормам. Российские атомщики накопили уникальный опыт за десятилетия развития отрасли, в том числе по снижению самой возможности развития тяжелых аварий на станциях. Обеспечивать отсутствие таких аварий можно двумя способами: наращиванием количества систем безопасности и созданием реакторов нового поколения, исключающих развитие подобных аварий вообще.

— После событий на «Фукусиме-1″ во всем мире заговорили об отказе от атомных реакторов. Какое будущее ждет АЭС?

— Посмотрите на реальную картину в мировой атомной индустрии, сложившуюся к концу 2011 года. После событий на японской АЭС только Германия отказалась от использования энергии «мирного атома», и это решение увеличивает экологическую угрозу для всего человечества. Необходимый этой стране объем электроэнергии в значительной степени будет получен за счет тепловых электростанций, что приведет к росту выбросов углекислого газа в атмосферу, а значит, внесет негативный вклад в глобальное изменение климата. Германия, отказавшаяся от строительства АЭС, теперь вынуждена наращивать заказы на поставку электроэнергии из соседних стран Европы, сохранивших свои АЭС, а также в перспективе из России, где в Калининградской области строится Балтийская АЭС. Логику Берлина понять трудно, концерн RWE уже объявил о сокращении персонала на своих предприятиях. В итоге убытки Германии достигнут сотен миллиардов евро. С другой стороны, взгляните на прочие страны Европы. Кто-нибудь еще отказался от использования атомной энергии? Нет. Максимум, о чем идет речь, — это об остановке старых АЭС, что мы всецело поддерживаем. Великобритания не отказалась от своих планов по возведению новых атомных станций. А страны Азии даже и не думали сворачивать свои программы строительства реакторов. Индия и Китай идут по ранее намеченной дороге возведения новых энергоблоков. Недавно Россия подписала необходимые документы для строительства АЭС во Вьетнаме и Бангладеш. «Ядерный ренессанс», конечно, приостановлен, но поступательное развитие атомной энергетики во всем мире налицо.

— А каков Ваш прогноз по новым энергоблокам в мире на обозримую перспективу?

— Я могу озвучить прогнозы международного экспертного сообщества, также звучавшие со стороны Росатома. Объем атомных энергетических мощностей к 2030 году во всем мире может вырасти, при благоприятных условиях — почти в два раза, до 677 ГВт. Напомню, что до аварии на АЭС в Японии прогноз был 710 блоков к 2030 году. То есть фактически разница не столь существенная.

— ИБРАЭ ведет активную деятельность по целому ряду направлений. 13 декабря представители института участвовали в переговорах заместителя министра образования и науки РФ Алексея Пономарева с его коллегой из Республики Польша. Какой интерес у энергетиков к вопросам образования?

— Интерес самый прямой. В рамках реализации технологической платформы «Комплексная безопасность промышленности и энергетики», о которой надо говорить отдельно, и при активном содействии и методической поддержке нашего института на базе Дальневосточного федерального университета создан научно-образовательный центр ядерных технологий, радиационной и технологической безопасности (ДВОНЦ). С инициативой создания такого центра выступило Министерство образования РФ. Предложение было активно поддержано Росатомом и МЧС России.

А на упомянутых вами переговорах мы обсуждали поддержку Балтийского федерального университета как контактной точки для развития российско-польского сотрудничества в области высшего образования и науки. Аналогично ДВОНЦ, в Калининграде на базе БФУ имени Иммануила Канта, также при активном участии ИБРАЭ РАН, создаются еще два научно-образовательных центра (НОЦ): НОЦ комплексной безопасности сложных технологических и промышленных объектов и (атомной) энергетики и НОЦ градостроительного дела и развития городов.

— А почему именно Калининград выбран для подобного центра?

— В Калининградской области началось строительство АЭС. И вопросы, связанные с безопасностью населения и территории, приобретают исключительно важное значение, особенно учитывая тот факт, что регион является анклавом России в Европе. В соседних странах возникает повышенное внимание к тому, каким образом будет осуществляться строительство и эксплуатация АЭС. Уже достигнуты договоренности с ГК «Росатом» и Центральным институтом повышения квалификации о необходимости обучения эксплуатационного персонала будущей АЭС в рамках НОЦ. Важным моментом является возможность подготовки и переподготовки кадров для зарубежных АЭС, построенных по российским технологиям, в том числе в Чехии и Болгарии. Вопрос подготовки кадров в области управления городским хозяйством приобретает первостепенное значение, потому что и инженерные сети, и техническое оснащение территорий находятся в состоянии крайней изношенности. Таким образом, создаются реальные предпосылки угрозы безопасности жизнедеятельности населения. Учитывая географическое расположение Калининградской области, вполне естественным является использование европейского опыта в подготовке кадров по управлению городским хозяйством, в области реформирования ЖКХ и создания систем безопасности жизнедеятельности населения.

Поэтому ИБРАЭ совместно с Государственной академией подготовки специалистов в инвестиционной сфере (ГАСИС) выступили с инициативой, к которой присоединился БФУ совместно с польскими исследовательскими и образовательными организациями, по созданию международного института устойчивого развития городов и поселений. Одной из площадок деятельности этого международного института станет НОЦ в области градостроительного дела, сити-менеджмента и развития городов, который в настоящее время с помощью ИБРАЭ РАН создается на базе Балтийского федерального университета.

— Вы упомянули технологическую платформу в сфере промышленной и энергетической безопасности. ИБРАЭ стал ее вдохновителем и разработчиком. Для чего она необходима?

— С древнейших времен человек в силу своей природы стремился создать вокруг себя мир, безопасный для своей жизнедеятельности. Безопасный — значит качественный, качественный — значит безопасный. Под безопасностью каждый человек понимает в первую очередь защищенность от различных угроз, связанных с ухудшением уровня жизни, здоровья, материального благополучия.

Что такое технологическая платформа? Это инструмент, введенный Правительственной комиссией по высоким технологиям и инновациям по аналогии со сходным инструментом, предложенным Еврокомиссией для обозначения тематических направлений, в рамках которых сформулированы или должны быть сформулированы приоритеты социально-экономического развития.

Цель ТП — координация и концентрация исследований и разработок, производственно-технологических, финансовых, административных и образовательных ресурсов, имеющихся или привлекаемых всеми заинтересованными сторонами (бизнесом, наукой, государством, гражданским обществом) на основе формируемых механизмов государственно-частного партнерства и направляемых на реализацию стратегии устойчивого и ресурсовозобновляемого развития страны.

ИБРАЭ ведет активную работу по разворачиванию широкого сотрудничества между научными центрами и компаниями в рамках ТП. Мы надеемся, что это позволит сделать нашу промышленность и энергетику еще более безопасной, отвечающей всем вызовам современного мира.