Белорусские тайны Чернобыля

Белорусские тайны Чернобыля

То, что советское правительство и Политбюро ЦК КПСС отреагировало на Чернобыльскую катастрофу тотальным засекречиванием информации, сегодня уже хорошо известно благодаря множеству публикаций. Преступные указания тогда шли из Москвы — со Старой площади и Кремля, но на местах — в Киеве, Минске и вплоть до райцентров и сельсоветов — были тысячи своих доморощенных «кремлей» и «старых площадей», которые бездумно брали под козырек, обрекая своих соотечественников на страдания и гибель.

В Белоруссии такими антигероями стали первый секретарь ЦК КПБ Н.Н.Слюньков, председатель Совета Министров М.В.Ковалёв, министр здравоохранения Н. Е. Савченко. Засекреченная переписка одного только Института ядерной энергетики АН БССР с правительством Белоруссии, письма в Минздрав, Гидромет СССР и ЦК КПСС, по свидетельству его бывшего директора, профессора В.Б.Нестеренко, составляет четыре тома по 250 листов каждый.

Она была рассекречена спустя три года после взрыва в Чернобыле, в 1989 году, народными депутатами СССР. Вот, в частности, что поведал Нестеренко первому секретарю ЦК КПБ Слюнькову: «…с необходимой аппаратурой радиационного контроля (28 апреля 1986 года, через 2 дня после катастрофы — А.Я.) мы выехали в направлении Бобруйска. На 23 км за Бобруйском (в сторону Мозыря) — мощность дозы 5000 мкР/час; далее Калинковичи — Хойники — 18000 мкР/час; Брагин — 30000 мкР/час. Возвращаемся в Мозырь — 10000 мкР/час; Наровля — 28000 мкР/час». Но подробный доклад ученого не произвел никакого впечатления на высокого партфункционера.

Все предложения белорусских ученых о немедленном выселении людей за 100-километровую зону от ЧАЭС и проведении йодной профилактики (а счет времени шел на часы) были решительно отвергнуты. Дошло до того, что однажды профессора Нестеренко и президента АН Белоруссии Н.А.Борисовича попросту выдворили из зала заседания ЦК Компартии Белоруссии. Чтобы не мешали партии и правительству «заботиться» о белорусах.

По первичным данным, представленным в Государственную экспертную комиссию по Чернобылю, созданную по требованию народных депутатов СССР в 1989 году, в Белоруссии насчитывалось 7 тыс. квадратных километров радиоактивных земель. Пятая часть пахотной почвы оказалась особо опасной для человека. А по последним данным, приведенным в 2004 году группой специалистов Минского института радиационной медицины и радиологических исследований, 43,5 тыс. кв.км территории страны загрязнены долгоживущими изотопами цезия и стронция. Это в шесть раз больше, чем считалось первоначально. И это значит, что миллионы людей жили на пораженной земле многие годы, ингалировали свои легкие радиацией и заедали ею, не подозревая об этом! Самый тяжкий крест в Беларуси выпал на многострадальные Могилевщину и Гомельщину.

Карты радиационного загрязнения, представленные в 1989 году Государственной экспертной комиссии Госкомгидрометом, спустя и три года после аварии не давали полного представления о глубине и масштабах разрушительных последствий взрыва ядерного реактора. Изолинии концентрации радионуклидов цезия-137 проведены на них с ошибкой плюс-минус 30%, а иногда погрешность достигала 50 процентов. Совсем слабо была представлена информация по стронцию-90. И вообще ее не было по плутонию-239. Не говоря уже о других выпадениях веществ из таблицы Менделеева, которые щедро разметало окрест.

В Белоруссии после аварии было произведено 28,1 тыс. тонн радиоактивного мяса. Почти 4 тысячи тонн «похоронили». 5 тыс. тонн пустили в дело — переработали на сухой корм. А 15 тысяч тонн передали… в союзный фонд. По официальному разрешению (!) Совета Министров РСФСР загрязненное радионуклидами мясо из Могилевской области БССР и Брянской области РСФСР направлялось в Архангельскую, Калининградскую, Горьковскую, Ярославскую, Ивановскую, Владимирскую и другие области России, а также в Чувашию и Коми АССР. Сотнями тысяч тонн расходилось по стране из Белоруссии и «грязное» молоко.

И сегодня, спустя 20 лет, на зараженных радионуклидами полях Белоруссии продолжают пахать и сеять, собирать радиоактивные урожаи, пасти на цезиевых лугах коров и овец, растить на фермах свиней. Радиоактивные грибы, картофель, мясо отправляются в другие регионы, радиация по сей день развозится практически бесконтрольно.

По мнению профессора Нестеренко, который уже много лет возглавляет частный Белорусский радиационный институт, важной частью радиационной защиты населения было проведение раз в 3-4 года специальных агрохимических мероприятий — дополнительное внесение минеральных удобрений, которые снижали бы уровень перехода радионуклидов из почвы в растения. Но оказалось, что у республики денег хватает лишь на внесение 40-50% от требуемого количества минудобрений на всех загрязнённых территориях. Причем речь идет о колхозных полях.

В частном секторе дела обстоят еще хуже. За 20 лет после Чернобыля подобное дорогостоящее мероприятие за счет государства состоялось только единожды. Из-за этого, полагает Нестеренко, молоко из частных подворий было загрязнено в 10 раз выше, чем в государственном секторе. В 2004 году в 160-ти, а в 2005-м — в 121-й деревне содержание цезия-137 в молоке превышало республиканские допустимые уровни (100 Бк/л).

Анализ более 340 тысяч измерений продуктов питания (в том числе более 111 тысяч проб молока) показывает, что около 15% имели содержание цезия-137 выше допустимого в стране уровня. То же самое касается и грибов, мяса диких животных, 80% которых имеют радиоактивный цезий выше норм. И спустя 20 лет после аварии на ЧАЭС доля загрязнения цезием-137 продуктов питания не уменьшается. По мнению эксперта, загрязнение радионуклидами местных продуктов питания будет сохраняться ещё несколько десятилетий.

А Минздрав Беларуси, несмотря на ужесточение допустимых уровней загрязнения продуктов питания, «охотно принимает объяснения Минсельхозпрода о трудностях обеспечения выпуска более чистых продуктов и утверждает, что не требуется проведение никаких особых мер радиационной защиты детей». Это притом, что в последние годы выявлено серьезное загрязнение радиоактивным стронцием зерна, молока, овощей в десятках деревень Брагинского, Хойникского, Наровлянского и других районов Беларуси.

После Чернобыля появился новый околонаучный термин: «выравнивание уровня внутреннего облучения». Например, «грязное» мясо из Гомельской области отправляют в Минск. И сегодня минчане получают тот же уровень облучения, что и жители одной из самых пораженных областей. Спустя 20 лет эти уровни так «выровнялись», что сегодня, по данным белорусских ученых, заболевания раком в Минской и Витебской областях догоняют уровень этих заболеваний в Гомельской и Могилевской областях.